Еврейская литература
Агада входила в Талмуд и включала в себя законодательство. Это были гражданские и уголовные нормы, а также в этой книге содержались религиозные правила. Также в книге можно было прочесть различные афоризмы и поучения, а также легенды и исторические предания. Такая книга регламентировала порядок проведения различных обрядов, так, например, в ней черпались сведения о том, как должны располагаться светильники перед алтарем в храме во время совершения служения.
.Вначале книга функционировала в устной форме, но затем появились записи под названием Мидраши. Все желающие читали притчи, басни, рассказы. В повествовании можно было найти и монологи, и диалоги. В них некоторые авторы не боялись также осуждать библейские повествования, иронично относиться к священным рассказам. Был здесь и юмор – попадались смешные истории. Когда эти истории читались привселюдно, то от хохота содрогались люстры.
В течение многих веков Агада была очень популярной: в ней народ черпал и колыбельные напевы, и хвалебные гимны, и сатирические стихи. Иногда в Агаде можно было найти и трагический эпос – это рассказ о смерти Моисея.
В начале двадцатого века Агаду перевели на русский язык, и сделал это русско-еврейский поэт Семен Фруг. Через сто лет Агаду отдельной книгой выпустило московское издательство. И теперь и русскоязычный читатель может оценить в полной мере повествования Агады.
По рассказам книги, свет был сотворен Господом, который облачился в светлые одежды такой яркости, что с ним не могли сравниться самые яркие потолочные светильники. Когда на земле появились грех и порок, то божественный свет потускнел, и теперь он доступен лишь праведникам в загробной жизни. Первый человек был невинен, а потом людей стало много, и количество грехов стало большим. Люди стали беспощадно эксплуатировать друг друга.
Агада передает размышления Авраама, который смотрит то на небо, то на луну, и думает о том, что луна и солнце – боги, но потом приходит к выводу, что Всевышний един. Согласно Агаде, небесная кара рано или поздно настигает всякого, кто стремится нарушать законы Божьи и творить грехи.
Агада оказала на еврейскую литературу большое влияние. Все последующие произведения на иврит и идиш были так или иначе под влиянием Агады. Во многом использовали традиции Агады и Шолом-Алейхем.
